Shadow Ban

Shadow Ban родилась совершенно неожиданно.

Я никогда не был большим любителем социальных сетей. Мне всегда казалось, что они очень легко превращаются в воров времени, поэтому я старался не тратить на них слишком много своей жизни.

Но когда ты работаешь как независимый артист, социальные сети постепенно становятся частью профессиональной инфраструктуры. Они нужны дистрибьюторам, стриминговым платформам, для подтверждения профиля артиста и просто как один из способов показать, что ты действительно существуешь и работаешь.

Так у меня появились новые страницы. Не потому, что я внезапно решил стать активным пользователем социальных сетей. Скорее наоборот.

Какое-то время я практически не обращал на них внимания. И они каким-то образом начали жить собственной жизнью.

Всё изменилось, когда мы снова начали выступать. После концертов люди стали находить меня в интернете.

У меня не было тщательно продуманной стратегии продвижения или специального плана роста. Люди просто приходили после концертов.

После одного выступления за ночь могли появиться сотни новых подписчиков. За довольно короткое время аудитория моих страниц в Facebook выросла до нескольких тысяч человек.

Для меня эта цифра была огромной не из-за самого числа. За каждой цифрой стоял живой человек.

Иногда приходили сотни сообщений. Если человек потратил своё время и написал мне, мне хотелось ответить ему нормально — как человеку. Очень быстро справляться с этим стало практически невозможно. Но одновременно это было удивительно: там действительно происходило живое общение.

Вместе с быстрым ростом аудитории появились попытки получить доступ к аккаунтам, фишинг и подозрительная активность.

Затем системы Meta решили, что происходящее вокруг моих страниц выглядит подозрительно. Мой личный профиль Facebook и страница артиста были заблокированы. Позже ограничения затронули и другие связанные аккаунты.

Я сделал всё, что требовала платформа: подтверждение личности, документы, фотографии, проверку лица.

Проверка не обнаружила нарушений. Страницы и публикацию, которая, судя по всему, вызвала подозрения, восстановили. Я решил, что история закончилась. Но она только начиналась.

После того как проверка подтвердила отсутствие нарушений, автоматическая система снова решила, что что-то не так. И меня заблокировали повторно.

Процедуру подтверждения личности я уже прошёл. Для системы этот этап считался завершённым, а второй возможности пройти ту же проверку не было.

Мы пытались писать в поддержку и искать другие способы связаться, но аккаунты остались недоступными.

Позже люди рассказывали, что решили, будто я сам их заблокировал. Но я никого не блокировал. Заблокировали меня.

В конце концов мне пришлось создать новую страницу. Но даже это оказалось не так просто.

Какое-то время новый аккаунт находился под серьёзными ограничениями. Страница существовала, но почти ничего не могла делать. Иногда люди могли её найти и подписаться. Иногда даже это не работало.

Тогда эта история перестала быть просто раздражающей технической проблемой. В ней появилось что-то почти сюрреалистическое.

Ты существуешь. Твоя музыка существует. Твоя аудитория существует. Люди пытаются тебя найти. Но автоматическая система может за несколько секунд сделать так, будто тебя больше нет.

К этому времени я уже находился в Соединённых Штатах. И где-то посреди всей этой истории Shadow Ban просто начала звучать у меня в голове.

Она начала напеваться сама. Слова появились очень быстро. Музыка тоже.

Есть песни, которые приходится долго искать. А есть песни, которые словно приходят уже готовыми и сами знают, что хотят сказать.

Shadow Ban была именно такой. Прошло совсем немного времени, и мы уже могли попробовать её на концерте.

Мы сыграли её на одном из следующих выступлений. Люди сразу начали подхватывать. Потом сыграли ещё раз. Потом ещё.

Примерно на третьем исполнении практически весь зал начал петь вместе с нами. Тогда я понял, что эта история уже давно не только моя.

После концертов люди рассказывали о собственном опыте: необъяснимых ограничениях, исчезнувших страницах, потерянном доступе и аудитории, которая больше не могла их найти.

Я ведь никуда не исчез. Почему цифровой мир вдруг решил, что меня больше нет?

Если говорить строго технически, происходившее с моими аккаунтами было сложнее обычного понятия shadow ban. Были реальные блокировки, ограничения и аккаунты, к которым я потерял доступ.

Но название гораздо точнее передавало само ощущение.

Для меня эта песня не только о Facebook. Она о видимости — о том, что происходит, когда между человеком и другими людьми оказывается система.

Ты говоришь. Ты создаёшь. Ты выходишь на сцену. Люди пытаются тебя найти. А где-то между тобой и ними алгоритм принимает решение, смогут ли они тебя увидеть.

Алгоритм помог сделать меня невидимым. А результатом стала песня, которую люди начали петь вместе со мной в одном зале.

Без ленты рекомендаций. Без статистики охватов. Без алгоритма, который решает, кому показать эту песню. Только музыканты на сцене и люди, которые поют в ответ.

Shadow Ban стала напоминанием о том, что связь между людьми всё ещё существует за пределами экрана.

И иногда лучший ответ на попытку сделать тебя невидимым — просто продолжать звучать достаточно громко, чтобы тебя услышали.

— Alex Kryve